|
Что же делать?
Прежде всего, необходимо понять, что он не только отчаянный. Он еще и отчаявшийся.
Только тогда может измениться отношение к нему.
 Как так можно, чтобы ребенок, какой бы он ни был, отчаялся, потерял веру в то, что ему может быть лучше, что жизнь все же добра?
— Бедное дитя,— сказали мне об одном мальчике,— все ругают, а приласкать некому.
Как в поговорке: все мнут, а погладить некому.
На отношении к таким детям проверяются ум учителя, сердце учителя, терпение...
Увы, не все выдерживают такую проверку.
Как легко оскорбить ребенка. Даже если его любишь. А если не любишь?
Об одной учительнице, назовем ее Варварой Степановной, директор школы говорил, что вся ее беда в том, что она не справляется с классом. Знает отлично свой предмет, может, вернее, могла бы, отлично учить, но отношения с учащимися невозможные.
Чуть что — срывается на крик.
На угрозы.
А затем сама огорчается.
Добро бы только огорчалась — может, одумалась бы, а то еще и сердится.
Варвара Степановна, оказывается, сама сказала директору школы, что научить может, а воспитывать не может.
— И наконец,— сказала она,— ведь нужна требовательность. Нельзя без требовательности.
— Что же вы ей ответили? — спросил я у директора.
— Я ей объяснил, что требовательность не исключает терпимости, сдержанности...
— А она?
— А она все о том же, что надо их взять в руки. Вот я и предложил ей взять их в руки, но чтобы из класса не неслись ее крики... Для нее главное — справиться с собой.
Так и с нами часто. Как бы справиться с тем, с другим. А справиться надо с собой. Собой овладеть!
И еще.
Если не совсем о том же, то о близком.
Студентка Свердловского педагогического института вспоминает в своем письме ко мне:
«Когда я училась в школе, у нас была учительница, которая никогда не входила в класс с улыбкой. Она постоянно злилась, кричала. Эту учительницу мы постоянно раздражали — должно быть, уже тем, что она должна нас учить. Она не любила нас. Думаю, что это было несчастьем не только для нас, но и для нее. Разве не так? Самое страшное для нас, студенток педагогического института, стать такими же постоянно раздраженными, чуждающимися детей учителями. Что может быть хуже для нас? А ведь не все мы пришли в педагогический институт по призванию...»
Письмо большое. Я взял из него только вот это. В самом деле, как несчастен постоянно раздражающийся учитель! Как ему трудно с детьми. И как детям нехорошо с ним!
Возможно ли у экзаменующихся в педагогическое учебное заведение спрашивать в дополнение ко всему еще и о том, любят ли они людей, радостные ли они люди сами, умеют ли улыбаться?..
Как много значит, в воспитании ребенка умение взрослого улыбнуться.
Читал в воспоминаниях о поэте Михаиле Светлове, что однажды, вернувшись, домой, он застал своих родных в полной панике. Ему сказали, что сын, Шурик, выпил чернила.
— Ты действительно выпил чернила? — спросил Светлов у сына.
Шурик торжествующе показал свой фиолетовый язык.
— Глупо,— сказал Светлов,— если пьешь чернила, надо закусывать промокашкой.
Только и всего!
Доброе слово. Улыбка. Шутка, снимающая напряжение.
Или вот еще это.
Приоткрыть перед самыми отчаянными, отпетыми, как о них думают некоторые учителя, краешек надежды на успех. Не в драке успех, а в учении успех. Ухватиться за малейший повод самим обрадоваться и их обрадовать. Прошу прощения, что использую известные слова Добролюбова о луче света в темном царстве в совершенно другой ситуации, по совершенно другому поводу. Пусть блеснет для отчаявшегося школьника, всеми ругаемого школьника, луч света в его темной, унылой, оскорбительной жизни...
Скажите парню доброе слово. Не пожалеете.
Неужели допустить, чтобы этот ребенок потерялся, пропал, зачерствел душой совершенно?
Он обязан ходить в школу. И ходит. Но не потому, что обязан, а потому что ему, именно этому ребенку, в школе лучше, чем дома. Как бы там ни было, но если дома ему плохо, то здесь, среди товарищей, ему теплее. И как странно он иногда взглядывает на учительницу, будто ищет ответного взгляда. Понимающего. Сочувствующего. Возможно, не служебно-учительского, а человечного... Нет, это ни в коем случае не обвинение учительницы в бесчеловечности. Такое было бы несправедливо.
|
Карта сайта
