|
Что это такое — сложность и неповторимость такого, казалось бы, простого явления, как капля воды, одна только капля?
В капле жидкости — зарождение жизни, миры. Капля воды — утоление жажды. Она может быть и соленой слезой, исторгнутой нестерпимым горем и светлой радостью. Она может нести в себе жизнь, но может нести в себе и страдания, даже смерть. Она одно — для жаждущего и другое — для исследователя.
Всю жизнь с чем-нибудь, с кем-нибудь расстаешься. С близкими. С друзьями. С городом. С морем. С собой — никогда. И вот смерть — расставание с самим собой. Как .jpg) трудно себя покинуть.
Привык к себе?
Нет, не то. Привык к земле, к небу, к запаху трав, к голосу музыки, к теплу летнего дождя, к шуму моря... Все это и есть — ты.
Привык видеть, слышать, дышать. Все это и есть — ты.
И люди вокруг тебя — ты.
И труд — твой. И любовь — твоя. И стихи, когда ты их читаешь наедине с собой. Все это — ты.
И вот расстаешься. Со всем — сразу.
Был разговор о том, что человек должен оставить после себя.
Готовый ответ: ребенка, книгу, посаженное им дерево.
Но какой он еще будет, этот ребенок?
Какой будет книга? Не угаснет ли она сразу же на книжной полке?
А вот — дерево! В его ветвях будут вить гнезда птицы, будут петь песни, славить восход солнца. В тени укроется от жары путник. Сжигая его, человек спасает себя от холода! Да, дерево. Какое оно счастливое, какое оно доброе.
Но человек?
Да, конечно! Ведь это он вырастил дерево, написал книгу, родил ребенка, это его жгли на костре, а он стоял на своем. Да, человек. Какой он добрый, какой он сильный. Если добрый, если сильный?
И отсюда естественно, для меня естественно, мысли перешли к школе и моей работе в ней, к удачам и еще в большей мере — неудачам.
В школе все же — так утвердилось — самое главное — обучение. Надо учить и научить. Задать урок. Объяснить урок. Спросить урок.
И вдруг мысль совершенно отчетливая, что ведь не единым учением жив школьник. Не единым учением жив этот человек, который по звонку не входит, а вбегает в класс, встает, когда я, учитель, вхожу, прячет от меня глаза, если не выучил урока,— вдруг не увижу, вдруг подействует эта тайная магия и он станет невидимкой? В самом деле, к чему эти неприятности с невыученным уроком, с двойкой в журнале и дневнике и так далее и тому подобное?
Не единым учением...
Если бы мы об этом помнили, возможно, нам легче было бы и учить, и воспитывать. Другие отношения сложились бы у нас с учениками.
Осторожнее, учитель! В классе на каждом уроке, от звонка до звонка и между ними, ты общаешься с будущим человечества. И тут имеет значение не только то — плохой или хороший перед тобой ученик, а еще и то — хороший или плохой он человек. Вот они, будущие подвиги, трагедии, выходы в космос, грубость, участливость, широта чувств, жадность... не перечислишь! Все перед тобой! Вглядись!
Когда ученик, которого многие учителя недолюбливают за его отрешенность на их уроках, за его внутреннее отсутствие, когда он в классе и как бы не в классе,— так вот, когда этот ученик на уроке химии отвечает урок, учительница садится за чью-нибудь парту и слушает как завороженная. С огромным интересом. Потому что все необычно, свежо и ново... Химия — его конек. Здесь он знает, умеет!
Учение?
Нет, не только учение. Дорога, по которой идет этот мальчик.
Всегда может встретиться человек, которого удовлетворяет лишь мысль уже известная, знакомая, непререкаемая. Лучше всего, если можешь сослаться на источник — кем и когда уже сказано и где. Вот это верное дело. Вот это без обмана. Этому можно поверить. К этому уже не придерутся, о нет! А то вдруг — сам выдумал, сам сочинил. Кто он такой, чтобы самому выдумывать? Самому выдумывать — нескромно. Нескромно начинать разговор словами: «Я думаю...» Смешно! Я — последняя буква алфавита. Пора бы понять!
Но ведь есть и такое: я — человек, а человек — это звучит гордо. Вот, вот, понятно. Из пьесы Горького. Вот бы с самого начала так. Горький сказал, ты повторил. Кто придерется?
|
Карта сайта
