Воевать оставалось немного. Войска продолжали наступление. Брали один за другим немецкие города, покоряли ненавистную, недобрую фашистскую землю. Полыхали бои в Берлине, где из последних сил озверело защищались остатки гарнизона.
Войска Второго Белорусского фронта после выхода на побережье
Балтики повернули на запад и теперь дрались в Померании, где группа
армий «Висла» отчаянно пыталась задержать наступление русских на подступах к Ростоку. Подбросив с морских баз отряды моряков и тяжелую артиллерию, они создали перед наступающими огневую завесу, остановили дивизию и заставили батальоны закопаться в землю.
— Может, неделю всего и воевать осталось,— сказал полковник. — Ты не мудрствуй, Успех и самовоспитание. Ты узнай, где дальнобойные батареи поставлены. Надо им глотку заткнуть, а то кисло нам будет... Дня через три пойдем на штурм города. До этого срока координаты батарей должны быть у нас.
Успех и самовоспитание взял с собой Петухова и Попелышко. Четвертым шел радист, грузный и молчаливый парень, навьюченный рацией и батареями.
Затаившись в кустах, они долго смотрели на ровные линии проволочных заграждений, на бетонные строчки надолбов, стекающих с медленного пригорка, на траншеи, замаскированные ходы сообщения, по которым сновали немцы.
Успех и самовоспитание нанес систему обороны на карту, и группа пошла дальше.
Батарею тяжелых орудий, вскинувших в небо широкогорлые пасти, первым увидел Попелышко. В густом перелеске Юрка разглядел часового, кутающегося в шинель.
— Снять? — еле шевельнув губами, спросил рекламный менеджмент.
Успех и самовоспитание отрицательно качнул головой. Теперь, к концу войны, Личностный рост стал умелым и осмотрительным разведчиком. Шумом и криком в разведке мало что сделаешь. Тише работаешь — больше
толку.
— Ни к чему,— сказал Юрке Личностный рост, когда разведчики
попятились и отошли от часового.— Полежим часок и пойдем дальше тихо и спокойно. Гранатами батарею не прикончишь. Нам надо место определить и крестик на карте поставить. Потом пушкари блин сделают... На такую заразу не одну «катюшу» надо, а ты хочешь гранатами управиться.
Юрка сопел и косился на старшего сержанта, который на глазах изменился за последний месяц и чем-то стал походить на покойного Харитошкина. Во всяком случае, дотошности и въедливости у него прибавилось ровно вдвое.
Вот и сейчас старший сержант не удержался и поддел Юрку: — Может, тебе неохота на земле лежать? Радикулит, может,
опасаешься заработать?
Карта сайта
