|
Прямая линия самая короткая. Так нас учили. Это правильно. Надо придерживаться прямой. Но в науке, даже той, которую причисляют к точным, непременно нужно исследовать и кривую. Кривая не обязательно вывезет, но вдруг здесь прячется то, без чего не обойтись?
Мир чересчур изменился, чтобы можно было возвращаться к старому. Когда-то в поисках старины, неизменного обращались к деревне. Не то сейчас. Город  изменился меньше. Город растет количеством домов, школ, магазинов... Деревня меняется по-другому. Она перестает быть деревней.
Дело часто вовсе не в том, известно мне то, что в книге, или неизвестно. Радость может прийти и потому, что узнал знакомое, и потому, что идешь к узнаванию ранее неведомого. Важно, как с тобой разговаривает книга, входит ли она в твой мир, нужен ли ты ей. Важно не только о чем книга, но и то, как звучит ее музыка.
Нового, возможно, не так уж много, мир музыки безграничен.
Нет, не так!
Мир нового, неизвестного также безграничен. Ты не можешь знать все, но ухо твое должно слышать, глаз — видеть.
Смысл может быть тот же, но музыка смысла, образ его меняются. И узнавание становится другим, как и чувство.
Сколько раз можно слушать тот же концерт Бетховена, ту же музыку Прокофьева, вступая каждый раз в другое движение жизни.
Я рассказываю не о том, что случилось, а о том, что подумал. Этого мало для рассказа, но не так уж мало для жизни...
Ребенок оправдывается:
— Я иногда зашаливаю...
И ведь верно.
Но как оправдаться взрослому?
Хороший, умный, понимающий многое читатель никогда не требует, чтобы ему в книге было все понятно.
В жизни не может быть все понятно. Что-то всегда остается за пределами. И именно это движет мысль, ведет к открытиям. А читателя ведет к наслаждению книгой, где столько закрытых дверей, за которыми радость, печаль, возможно тайна, не исключено, что сокровища. Настоящее чтение — это восхождение скалолаза, горного охотника, это поиск выхода из подземного лабиринта, это радость лучу света.
Хороший редактор не должен требовать, чтобы в рукописи все было объяснено. Отличный редактор — прежде всего, в самом начале — хороший читатель.
|
Карта сайта
