|
Гете говорил:
«...сосредоточивайте ваши силы на достойном и пропускайте мимо все, что для вас окажется бесполезным и что к вам нейдет...»
Что же «нейдет»? Не о моде идет речь, не о покрое сюртука, а о соответствии натуре человека, его достойной жизни, его месту в мире. Смысл только этот.
 Речь идет о движении, когда человек меняется в главном — к лучшему или худшему. Становится ли человек куклой, чьи высказывания и поступки лишь хорошо или дурно выученная роль? Или о том, что «кукла» отбрасывает выученную роль и становится человеком?
Существуют в природе нелетающие птицы (киви- киви в Австралии, обыкновенная курица у нас).
Увы, существуют и недумающие люди — такое же, если не еще более нелепое уродство.
Лучшее время дня, когда день начинается, когда светает.
Нельзя пропустить это время, проспать.
К книге А. Вознесенского надо возвращаться собственным зрением. Она о многом. Она — по ходу жизни.
Мой знакомый, который говорил о претенциозности «О» Вознесенского, начиная с ее названия, сказал мне:
— Мне не по душе его пристрастия...
Ну и что?
Его пристрастия принадлежат ему. Он имеет на них неоспоримое право. Так бывает.
Проваливаешься в яму беспамятства, и оказываешься на светлой поляне поэзии и мысли.
Мне безразлично, что он говорит, и даже то безразлично, что он думает. Я знаю, что он делает.
И, главное, можешь здесь оставаться сколько хочешь. Даже тогда, когда молчишь об этом.
Скульптуры, когда смотришь на них, затаивают дыхание. Но только в том случае, когда на них смотрят холодно. Совсем все по-другому, если ты сам затаиваешь дыхание, взволнованный, обрадованный, поверивший в их особую и прекрасную жизнь. Тогда скульптуре незачем таиться, она разговаривает с тобой. И мрамор не затаенно дышит, мрамор, в прожилках которого ток крови,— он теплый, он розовый, живой. Он видит, слышит, он может дружески проводить тебя какую-то часть дороги, пока ты о нем помнишь, пока ты чувствуешь его присутствие. А затем ты остаешься один с самим собой, но ты уже другой, не такой, каким ты был до встречи с ним.
|
Карта сайта
